Приколы и юмор,
открытки и девушки

Как парижские гопники в краснокожих заигрались: Смешная история первой современной субкультуры

Добавлено: 03.11.21
Автор: mtalogjaf

Комментарии (0)
Сейчас наличие молодежных субкультур кажется чем-то самим собой разумеющимся и практически вечным. Мол, такова молодежь: ей только дай сбиться в стаю и поиграть в каких-нибудь гОтов, эмо, панков, хиппи или хипстеров. Но так было не всегда.
Как парижские гопники в краснокожих заигрались: Смешная история первой современной субкультуры

В древние времена молодёжные сообщества тоже были, но они носили куда более подконтрольный характер и вообще обычно вписывались в культурную традицию своего общества. Иными словами, тогдашние молодежные сообщества больше походили на какой-нибудь ДОСААФ, чем на тех же панков.
Позднее ситуация особо не менялась, что во многом объяснялось тем, что и человеческие поселения были относительно небольшими, и жизнь была достаточно бедной, что означало, что молодежи больше требовалось думать о пропитании, чем о создании каких-то «движух».
Очень важно то, что средства связи почти отсутствовали. Между тем они жизненно необходимы, чтобы распространить среди широких масс моду на что-либо, ибо без моды никакая молодежная субкультура долго не протянет.
Ведь, давайте признаемся: несмотря на то, что почти каждая субкультура провозглашает свободу и противопоставляет себя «этому рабскому миру», в реальности свободы в этих сообществах с гулькин нос и все бытие обычно четко регламентируется на предмет соответствия нормам.
Кто не верит, пусть попытается влиться в общество, скажем панков, появляясь там в классическом костюме или рэперском балахоне. С таким же успехом можно будет влиться в общество почитателей классической музыки, приходя туда в виде панка.
В общем не до субкультур было народу. И так продолжалось до конца XIX века, пока не во Франции не началась т. н. «Прекрасная эпоха».
Именно тогда уровень жизни стал стремительно расти, парижские улочки обросли ставшими теперь уже классическими кафешками, стали множится автомобили, а народ валом валил на очередную «фильму».
Но главное – французы познакомились с американским «Шоу Баффало Билла», где разыгрывались сценки на тему Дикого Запада, в т. ч. с участием реальных индейцев.
К культурным новшествам стали приобщаться все, кто только мог, включая молодую парижскую гопоту. Последняя, разумеется, тяготела по большей части к наиболее примитивным жанрам, к которым относилось и упомянутое выше шоу.
Именно тогда шпана осознала, что более не желает видеть себя простыми бандитами. А возжелала она таперича быть вольными людями, да бесстрашными индейцами. Было решено стать таковыми, и те, кто вчера был никем, вдруг стали апачами, или, говоря языком всяких Флоберов, Вольтеров и прочих Мольеров, апашами.

Тряпички


Одного названия субкультуре хватить не могло. Во всяком случае, обычно без внешней атрибутики никуда, ибо в большинстве случаев ей все начинается и ею же все и заканчивается, благо многим она способна заменить всю мыслимую философию.
Стремясь походить на индейцев, апаши ввели в моду очень широкие рубахи с воротом нараспашку. Важным моментом было то, что рубаха обязательно должна была быть мятой и дополняться шарфом или платком на горло.
То, что это даже на ковбоев походило не слишком-то (а на индейцев тем более), никого не волновало, и апаши сделали вид, что в таком виде они уж точно будут словно краснокожие.
Чтобы еще больше усилить сходство с апачами, было решено носить кепку и начищенные туфли… Некоторые так вошли в роль, что стали дополнять свой облик сделанными прямо на лице татуировками.

Идеология апашей


Была проста как две копейки и с той поры регулярно перерождалась под видом самых разных субкультур, представители которых каждый раз ведут себя так, будто бы до них ничего подобного не было.
Суть идеологии сводилась к тому, что нужно быть настоящим дикарем, воином городских трущоб, который будет противостоять порочному буржуазному миру (без которого ни апаши, ни их потомки на самом деле не протянули бы и года, ибо и грабить было бы некого, и церемониться с ними только зажравшиеся буржуа и стали бы).
Игра в индейцев настолько увлекла безмозглую гопоту, что постепенно апаши придумали даже свою собственную «феню», да столь мудреную, что понять ее обычные граждане были не в состоянии, что еще больше возвышало апашей в собственных глазах.
Со временем их имена и даже бандитские клички были вытеснены именами наподобие «Большой нож», «Ветер в волосах» или «Пятно на штанах»/«Храброе сердце». В конечном счете, даже городские районы получили «индейские» названия.
Эта идея многим показалась новаторской и многообещающей, так что движуха стала шириться. Среди апашей считалось безмерно благородным совершать ограбления на виду у всех и даже нападать на полицейских.

Вооружение


Учитывая характер промысла апашей, без оружия им обойтись было нереально. И здесь апаши в полной мере продемонстрировали свой «творческий» дух.
Правда, дальше украшательства он, можно сказать, не продвинулся, ибо в большинстве случаев они использовали различные ножи, кастеты, дубинки и мини-кистени. Шло в ход и огнестрельное оружие.
Орудия труда получали свои имена, и то, что таковые оружию обычно давали некоторые викинги (да и то, если верить сагам), но не индейцы, было проигнорировано.
Однако кое в чем они все же проявили новаторство, придумав пистолет, нож и кастет в одном флаконе! Сей шедевр наглядно демонстрирует реальную ценность всего чудо-движения.
Не знаю, сколько абсента «вмазали» индейцы-оружейники, но замысел оказался достойным картин Сальвадора Дали. Рукоять револьвера заменялась кастетом, ствол спиливался под самый барабан, а под тем местом, где он некогда был, приделывался небольшой клинок.

Предполагалось, что получится универсальное оружие, но на деле вышел недонож-недокастет-недопистолет, который представлял угрозу в основном его же владельцу и отстрелил не одну пару «орешков», ибо нередко изумлял прохожих тем, что разряжался прямо в кармане у «настоящего индейца», который внезапно начинал волчком вертеться на месте и завывать какую-то «песнь войны».
Шедевр получил имя «апаш». Увы, будущего у него не было и на вооружении ни одной страны мира он не стоит.

Танцы-шманцы


Из сказанного выше видно, что апаши были движением, в котором эмоции и форс составляли примерно 100%, а здравый смысл – не более 0%.
Стоит ли удивляться, что на искусство апаши повлияли намного сильнее, чем на криминальный мир, в котором после них ничего так и не изменилось.
В первую очередь стоит отметить созданный ими танец, который получил то же имя, что и «горе-револьвер». С виду он сильно смахивает на похабное танго или может даже не танго, но все равно похабное, порой до крайности.
Поскольку апаши всеми силами играли в брутальность, то и в танце они обыгрывали тему разборок между любовниками, где партнер швырял партнершу из стороны в сторону, бросал на пол, нередко тягал за волосы и пр.
Со стороны это изрядно смахивало на драку сутенера и его труженицы, но апашам казалось, что это история настоящей любви.
Все эти телодвижения в той или иной пропорции перекочевали в различные современные танцы, так что иной апаш в гробу бы перевернулся, узнав, что их суровое воинство было ближе к танцорам и модельерам, чем к диким индейцам.
Кстати, о модельерах. На их творчество апаши тоже оказали влияние, ибо рубашки с открытым широким воротом тоже с той поры стали называть «апаш».
Некоторое время под апашей «косили» и представители богемы, во всяком случае, некоторые деятели культуры входили в клуб, названный ими «Общество апашей».

Финал


Вероятно, в какой-то момент до французских властей дошло, что вор должен сидеть в тюрьме, да и сами французы были доведены апашами до предела.
Терпение презренных буржуа и не менее презренных «легавых» лопнуло, и апашам показали, кто в доме хозяин. Криминальных модников без особых церемоний отлавливали, ориентируясь только на их внешний вид, арестовывали без оснований или просто избивали дубинками прямо на улицах.
Развязно расхаживать по улицам стало опасно, а притоны громились. Пришлось сменить одежку и притихнуть. Одним словом, к началу второго десятилетия ХХ века движение было почти уничтожено, а то, что не сделали жандармы, докончила Первая мировая.
С исчезновением апашей криминал несколько поутих, хотя, разумеется, никуда не делся. Исчезли по большей части самые вызывающие его формы.
Однако идеология противопоставления себя буржуазному миру, помноженная на вызывающий вид и псевдосвободу, оказалась крайне живучей и с тех пор раз за разом перерождается в виде все новых субкультур.
Источник
Прокомментировать
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив